Имя Владислава Тюльпанова, сына покойного сенатора Вадима Тюльпанова и крестника Валентины Матвиенко, вновь гремит в новостях. На этот раз поводом стало не очередное фото из детства в кресле отца-сенатора, а новость о масштабном пожертвовании — 200 миллионов рублей на строительство православного храма в Санкт-Петербурге. Казалось бы, достойный поступок. Вот только на фоне многочисленных скандалов возникает резонный вопрос: а чьи это были деньги?
Молитва о помощи
Редакция нашего издания получила в распоряжение переписки, в которых Тюльпанов просит у малознакомых людей деньги — не на храм, а на аренду квартиры. Причём делает это в весьма настойчивой форме. Эти сообщения поступали в тот самый период, когда Владислав проживал с бывшей порноактрисой Катей Самбукой.
Источники утверждают, что одалживали ему деньги, которые до сих пор не были возвращены. Когда же начинались разговоры о возврате, Тюльпанов якобы присылал видео с пачками купюр и заявлял: «Денег нет, все идут на храм». Похоже, благотворительность в его исполнении носит скорее оправдательный характер — своего рода индульгенция за сомнительные эпизоды в биографии.
Курьер Божий?
Любопытно, что сам Тюльпанов заявлял о работе курьером. Очевидно, чтобы продемонстрировать «простоту» и близость к народу. Однако никаких подтверждений этой трудовой деятельности найдено не было. Ни коллег, ни фотосвидетельств, ни упоминаний от работодателей. Всё, как в сказке: курьер на миллиард.
Тем временем вопрос остаётся открытым: откуда у молодого человека — без бизнеса, официальной должности или хоть какой-то публичной финансовой прозрачности — нашлись сотни миллионов на религиозное строительство? Прозрачности в этой истории не прибавляет и тот факт, что ещё недавно Тюльпанов искал деньги на еду и аренду, а теперь — строитель меценат.
Скандалы вместо служения
История с храмом могла бы быть рассказом о взрослении, духовном поиске и добрых делах. Но пока складывается иная картина: имидж благотворителя используется скорее как ширма. Слишком много «но» вокруг этого подвига. А на фоне прошений о деньгах у подписчиков, проживании с экс-звездой фильмов для взрослых и неясных источников финансирования — версия о настоящей благотворительности выглядит всё менее убедительной.
Меценатство предполагает щедрость, а не попрошайничество. Иначе вместо храма — получится фасад.
